1 Bogiston St., Tashkent 100070
223 Bogishamol St., Tashkent 100140
100070 Ташкент, ул. Богистон, 1
100140 Ташкент, ул. Богишамол, 223
Bld. 2, 8 Trubetskaya St., Moscow 119991
Bld. 2, 11 Rossolimo St., Moscow 119021
119991 Москва, ул. Трубецкая, 8, стр. 2
119021 Москва, ул. Россолимо, 11, стр. 2
Bld. 2, 11 Rossolimo St., Moscow 119021
3 2ndBotkinskiy Proezd, Moscow 125284
6 Miklukho-Maklaya St., Moscow 117198
119021 Москва, ул. Россолимо, 11, стр. 2
125284 Москва, 2-й Боткинский пр-д, 3
117198 Москва, ул. Миклухо-Маклая, 6
223 Bogishamol St., Tashkent 100140
3 2ndBotkinskiy Proezd, Moscow 125284
100140 Ташкент, ул. Богишамол, 223
Россия, 125284 Москва, 2-й Боткинский пр-д, 3
Background. The era of sentinel lymph node diagnostics has a vector of reducing surgical aggression in the area of regional lymph outflow. This was due to the studies that have been conducted, which have made it possible to understand that lymph node involvement is not always a call for removal of the entire lymphatic collector, as it does not affect the treatment results.Aim. To study the effects of sentinel lymph node biopsy and lymphadenectomy on survival rates in patients with primary operable breast cancer (сT0–2N0/N0–1).Materials and methods. The retrospective study included 524 women with ductal/lobular breast cancer stage I–IIB. Depending on the extent of surgical intervention on the lymphatic collector, patients were divided into the following groups: group 1, where sentinel lymph node biopsy was performed in 111 (21.2 %) patients; group 2, where axillary lymph node dissection was performed in 413 (78.8 %) patients (280 patients after sentinel lymph node biopsy).Results. The average follow-up time for patients was 61.3 ± 22.8 months (from 18.1 to 140 months, median 57.7 months). The median age was 51 [42.0; 61.0] years. Depending on the clinical stage according to TNM, the distribution of patients was as follows: T1N0M0 – 277 patients, T2N0M0 – 213, T1N1M0 – 3, T2N1M0 – 31. Neoadjuvant chemotherapy was administered to 137 (26.2 %) patients. The frequency of neoadjuvant chemotherapy statistically significantly increased with increasing clinical stage, from 2.2 % (n = 6) for T1N0M0 to 100 % (n = 31) for T2N1M (p = 0.00001). Surgical treatment included sectoral resection in 50.6 % (n = 265) and radical mastectomy in 49.4 % (n = 259). Death occurred in 14 (2.7 %) patients, progression was detected in 36 (6.9 %) patients. The 5-year progression-free survival and overall survival rates in groups 1 and 2 did not differ significantly, amounting 98.2 ± 1.3 % versus 92.93 ± 1.6 % and 100 % versus 97.9 ± 0.9 %, respectively. The median overall survival and progression-free survival were not reached.Conclusion. In patients with T0–2N0/N0–1 breast cancer who underwent lymphadenectomy, overall survival and progression-free survival were not inferior to those who underwent sentinel lymph node biopsy.
Введение. Эпоха диагностики сторожевого лимфатического узла имеет вектор снижения хирургической агрессии в зоне регионарного лимфооттока. Такой подход сформировался благодаря проведенным исследованиям, которые позволили понять, что поражение лимфатического узла не всегда является основанием для удаления всего лимфатического коллектора, так как не влияет на результаты лечения.Цель исследования – изучить влияние биопсии сторожевого лимфатического узла и лимфаденэктомии на показатели выживаемости у пациенток с первично-операбельным раком молочной железы (T0–2N0/N0–1).Материалы и методы. В ретроспективное исследование были включены 524 пациентки с протоковым/дольковым раком молочной железы I–IIB стадии. В зависимости от объема хирургического вмешательства на лимфатическом коллекторе пациентки были разделены на 2 группы: 1-я группа – 111 (21,2 %) пациенток, которым выполнена биопсия сторожевых лимфатических узлов; 2-я группа – 413 (78,8 %) пациенток, которым выполняли аксиллярную лимфодиссекцию (из них 280 пациенток после биопсии сторожевого лимфатического узла).Результаты. Среднее время наблюдения за пациентками составило 61,3 ± 22,8 мес (от 18,1 до 140 мес, медиана 57,7 мес). Медиана возраста – 51 [42,0; 61,0] год. В зависимости от клинической стадии по системе TNM распределение пациенток было следующим: T1N0M0 – 277 пациенток, T2N0M0 – 213, T1N1M0 – 3, T2N1M0 – 31. Неоадъювантная химиотерапия была проведена 137 (26,2 %) пациенткам. Частота проведения неоадъювантной химиотерапии статистически значимо нарастала с увеличением клинической стадии: от 2,2 % (n = 6) при T1N0M0 до 100 % (n = 31) – при T2N1M (р = 0,00001). Хирургическое лечение выполнено в объеме секторальной резекции у 50,6 % пациенток (n = 265), радикальной мастэктомии – у 49,4 % (n = 259). Смерть наступила у 14 (2,7 %) пациенток, прогрессирование выявлено у 36 (6,9 %). Показатели 5-летней выживаемости без прогрессирования и общей выживаемости в 1-й и 2-й группах статистически значимо не различались, составив 98,2 ± 1,3 % против 92,93 ± 1,6 % и 100 % против 97,9 ± 0,9 % соответственно. Медианы общей выживаемости и выживаемости без прогрессирования не достигнуты.Заключение. У пациенток с диагнозом рака молочной железы T0–2N0/N0–1, которым была проведена лимфаденэктомия, общая выживаемость и выживаемость без прогрессирования не уступали показателям пациенток, которым выполнена биопсия сторожевого лимфатического узла.